Олег и Лена (freetravels) wrote,
Олег и Лена
freetravels

Categories:

Как мексиканские индейцы автономию отмечали

Девять лет автономии

Старые друзья из общины Сан-Исидро де ля Либертад еще пару месяцев назад приглашали нас на праздник «20 ноября». За все это время мы так и не удосужились выяснить ничего, кроме того, что это «день общины» и они будут строить алтарь майя. И этого нам было вполне достаточно, чтобы твердо решить присутствовать.



Мы приехали заранее в надежде на интервью. Интервьюируемый был уже заочно согласен и даже знал, о чем мы будем разговаривать.  Зовут его Шун (по-испански – Хуан), в свои 23 года он уже составляет школьную программу и «формирует» автономных учителей. Еще в юном возрасте община заметила его способности и уже несколько раз отправляла учиться в города. Раньше он также работал в традиционной медицине, но потом отравил (несмертельно и ненамеренно) двоюродного брата и деревня приняла решение отстранить его от этой должности. Сейчас Шун, помимо прочего, исполняет обязанности секретаря общины и еще бог знает какие.  В общем, молодая надежда. Темами для интервью, соотвественно, должны были стать автономное образование и здравоохранение.

История

За день до торжества, 19 ноября, мы прибыли в общину ровно к обеду. И во время подготовки, и в день праздника еду для всех присутствующих готовят коллективно, устраивая общие завтраки-обеды-ужины. В день подготовки меню простое – рис с фасолью и тортильямии. Три раза в день. Праздничная мясо-овощная еда остается на торжества.

Шун, завидев нас, немедля попросил помочь ему починить компьютер и распечатать несколько файлов. Сам он бегал туда-сюда и заполнял какие-то бумажки. Пока Олег занимался делами Шуна, выяснилось, что мы там были не единственными русскоговорящими гостями. Уже 2 недели в общине жила ученый-лингвист, изучая язык майя, тцотциль, в полевых условиях. Ана Кодвич, австралийка с сербскими корнями, говорила более чем на 10 языках, ее русский был почти идеальным. Сокрушаясь, она сообщила нам, что все две недели не может встретится с доном Гвадалупе, местным лечителем-курандеро, который должен был вести ту самую церемонию у алтаря майя. Хм, а мы вот знакомы с одним Гвадалупе… Из жителей этой общины он - самый частый гость в нашем доме в Сан-Кристобале. Один раз принес гостинец - мешок груш. Мы и не знали, что он курандеро, хотя могли бы догадаться: однажды за короткую прогулку с Иваном, нашим соседом, Гвадалупе рассказал ему про все растения, встретившиеся им на пути.

Также Ана поведала, что завтрашний праздник будет включать в себя не только церемонию у алтаря майя, а еще и свадьбу, и крещение нескольких детей. Обычно все церемонии проходят рано с утра и мы уже пару раз обламывались, приезжая в общины «днем», после 12. Хорошо хоть в этот раз мы здесь заранее…



Весь остаток дня Шун продолжал бегать с бумажками, над площадкой в центре общины медленно натягивали тент, а мы заскучали, осознав, что интервью нам в этот раз не видать. Поужинав рисом с фасолью, мы решили сразу пойти спать, хотя было только 8 вечера. Как и многие жители общины, в ту ночь мы спали в одной из комнат общинного центра. Узнав, что они не будут расходится по домам, мы удивились: вроде не велика деревня, почему бы не дойти до дома?

Ночью стало понятно почему.  В полчетвертого нас разбудил взрыв фейерверка – так отмечают важные моменты праздника. В соседней комнате тут же заговорили проснувшиеся люди, заплакали дети. Видимо это был своеобразный будильник. Через некоторое время затрубили в огромные раковины, потом еще пару раз взрывали фейерверки, на улице визжали дети, а вот уже и на завтрак зовут..

На площадке все уже было готово к торжеству: выложен цветочный алтарь, за ним стол со всякими кувшинчиками неизвестного предназначения, перед алтарем расставлены стулья.



Церемонии

Позавтракав рисом и фасолью, мы ушли собираться к съемкам, а когда вышли, площадка перед центром как-то опустела. Лишь несколько женщин курсировали между двумя кухнями да двое мужчин сидели напротив алтаря, периодически подкидывая пахучей смолы в специальные угли. Они-то нам и поведали, что остальные ушли в дом старейшина Лукаса за девой Марией. И правда: вдалеке были слышны фейерверки. Стало ясно, с какой стороны находится дом Лукаса.



Наконец, взрывы фейерверков участились и приблизились, а вскоре на горе показалась колонна из жителей с девой Марией во главе. Замыкала колонну группа с гитарами, перед которой Гваделупе, развернувшись вполоборота, нес тексты религиозных песен. Деву Марию неуклюже водрузили на один из столов, после чего все разошлись на перерыв. Группа неожиданно сменила стиль: подключила инструменты и заиграла ранчеро, сельскую музыку.

Через некоторое время все начали подтягиваться на места. Гваделупе сел недалеко, я решила напомнить ему о себе:

- Помните, вы обещали мне рассказывать о значении ритуалов и символов церемонии? Может, пока все тихо, поведаете, в чем символизм этого алтаря.

- Всему свое время. Об этом будут рассказывать для всех.

- О, как интересно. На испанском? Прямо во время церемонии?

- Да, на испанском… Ну хотя ладно… Смотри, красный цвет означает…

- Секундочку, можно я запишу, что вы будете говорить?

- Нет, нельзя. Итак, красный цвет означает жизнь. Напротив него – черный. Это тьма, ночь, там мы отдыхаем, туда все мы уходим, когда заканчивается наша жизнь. Белый и голубой – это вода, воздух, атмосфера Земли, которая делает голубым наше небо. Напротив него – желтый, это – солнце, маис. А в центре – зеленый, это все растения, то, что дает нам мать земля. 13 свечей – это 13 стражников, 13 ангелов, 12 апостолов и Иисус…

Про разложенные сигары дон Гвадалупе не упомянул.
Перед нами расселись женщины с младенцами в белых одеждах – их будут крестить. Вокруг расположились отцы семейств и крестные, пришел священник.
Это был высокий седой белый мужчина, как мы позже узнали – испанец, священник церкви Санто Доминго, главной в Сан-Кристобале. Он облачился в торжественный белый балахон, разложил перед собой бумажки (те самые, с которыми вчера бегал Шун), расставил предметы для церемонии на столе. За ним расположились старейшины и музыкальная группа.

Перед церемонией несколько представителей общин вышли произнести речь. Они говорили на тцотциле, а затем на испанском. И только тогда прояснилась перед нами суть мероприятия. Оказывается, они отмечали 9 лет автономии. Этот день был для них настолько важен, что они решили совместить его со свадьбой, крещениями, а также посвящением молодежи во взрослую жизнь. Даже самого крутого священника пригласили!

Мы уже довольно много знаем об истории этой общины и 9 лет автономии – довольно условный срок. На самом деле, они впервые заявили о независимости от государства в 1994 году, как и большинство ныне автономных общин. Сначала пытались создать свою организацию, отличную от сапатистов, со своим уставом. Но по неведомым причинам, результат их не устраивал. Несколько раз община разделялась, в результате чего часть жителей становилась «партийными». Эти изменения меняли общину до тех пор, пока 9 лет назад они не определились со своим путем: не входить ни в какую организацию, не создавать свою, а просто быть автономными от всего и всех. Так образовалась автономная община Сан-Исидро де ля Либертад.

Во время своей речи этот самый крутой священник сделал одно любопытное замечание:

- Вы говорите, что в этот особенный день вы поставили два алтаря: традиционный майянский и христианский. Но на самом деле это один алтарь…

Мы как будто очутились в середине 16 века. Незадолго до этого Ана рассказывала: когда испанцы-колонизаторы  прибыли на землю майя и увидели их алтари с крестами, они решили, что этих индейцев будет легко обратить в христианство, потому что они уже используют схожие символы. Но если в христианстве крест – это, в первую очередь, распятие, то у майя – это создание мира, произошедшее в результате скрещения галактик.

После речей оркестр снова переквалифицировался и сменил инструменты и началась церемония у алтаря. Ее действительно вел «наш» Гвадалупе, делал он это с большим чувством, обилие ароматного дыма и звук огромных раковин добавляли церемонии колорита. К сожалению, из-за оркестра совсем не было слышно молитвы. Действо было волшебным, мистическим и оркестр с микрофонами в него просто не вписывался, хотя никто вокруг, казалось, не обращал на это внимания.



Молитва у алтаря еще продолжалась, когда настала пора христианских ритуалов: крещения, посвящения и свадьбы. Они уже не были столь экзотичны. Крестили, окуная младенцев в чашу;  посвящение заключалось в кратком наставлении священника; свадьба проходила по сценарию, знакомому нам по американским фильмам: никто не против? Ну тогда объявляем вас мужем и женой, скажите свои клятвы и оденьте кольца.




Хотя был в свадьбе и оригинальный элемент: светлокожие свидетели, которые связали молодоженов белым лассо. Эти свидетели напортили нам атмосферность фотографий своими пуховиками. Но деваться было некуда, с определенного момента они все время находились рядом с молодоженами.

Новая ячейка общества выглядела испуганно: девушка не поднимала глаз, кутаясь в фату, а молодой человек стоял с несчастным лицом, хотелось его пожалеть.  Тем не менее, нас заверили, что они сами приняли решение быть вместе, никто их не сводил.

В заключение церемониальной части священник раздал присутствующим плоти Христа в виде галет, после чего все обнялись, вместе помолились Христу и деве Марии и разошлись на антракт.



Праздник

Церемониальная сосредоточенность уступила место праздничным улыбкам. Вместо стульев под тентом расставили столы, что сулило возможность поесть нечто отличное от риса с фасолью. Вокруг них забегали мужчины, расставляя тарелки, в которых оказались тушеная капуста и добрый кусок копченой говядины.

Для старейщин и важных персон накрыли отдельный стол в помещении, туда же пригласили большинство приезжих, но не нас и не австралийку. Мы бы возможно этого и не заметили, мыслями уже устремившись к тарелкам, расставленным под тентом, если бы Ана не прокомментировала «как хорошо, что я не там, люблю быть с народом». В ее голосе все же звучала обида. Как ни крути, она уже две недели практически безуспешно пыталась установить контакт с местными жителями, чтобы записать их рассказы на тцотциле на диктофон для последующего изучения.

Трапеза подходила к концу, со столов убирали последние тарелки, когда на горизонте замаячили наши друзья-соседи, также приглашенные заранее, но, очевидно, долго собиравшиеся. Жителям Сан-Исидро особенно полюбися мексиканец Иван, не пропустивший ни одного нашего визита в эту общину. Иван устраивал шоу с огнем и ходулями, поэтому все его хорошо помнили и ждали выступлений.



Музыканты переместились под отдельный тент, подключили синтезатор и преобразовались в  поп-группу.

Люди вокруг улыбались, некоторые уже танцевали, атмосфера располагала к дружескому общению. Хосе Купертино (экс-старейшина, давший нам интервью о проблемах воды, использованное в видео ) доверительно рассказал мне о том, что община решила стать более открытой и сейчас они ищут сотрудничества с новыми организациями, чтобы принимать еще больше иностранцев и обмениваться опытом. Сам Хосе сделал шаг в этом направлении, пока группа из Сан-Исидро де ля Либертад выполняла функции охраны на открытии Маленькой школы сапатизма. Воспользовавшись моментом, он рассказал субкомманданте Тачо о своей общине и о поиске интернациональной солидарности. Пока еще рано говорить о результатах, но Хосе был доволен даже самим фактом разговора.

А еще он оказался заядлым танцором. Вместе с супругой они аккуратно и с удовольствием переставляли ноги под музыку, в то время как гости скакали и устраивали конкурсы и коллективные танцы, в которых, впрочем, чета Купертино также участвовала.  Помимо всего этого, Хосе успел сделать несколько трубочек из бамбука и раскурить сигару с алтаря с неизвестным нам европейцем.



Прощание

Мощный голос Аны слышался то тут, то там. Воодушевленная невиданной удачей – с ней согласились поговорить уже несколько человек, включая долгожданного Гваделупе – она старательно объясняла местным жителям, что ей от них нужно, и по одному уводила людей для записи. В перерыве между интервью она сама, тем не менее, предложила нам скинуться на обратное такси. Спустя какое-то время, музыканты вдруг решили отдохнуть, несмотря на самый разгар танцев, а мы решили, что праздник пора заканчивать.

Вернулись в город на закате, через несколько часов домой подтянулись соседи. Несмотря на то, что праздник был полностью безалкогольным, Иван все же умудрился выпить. Как и каждый раз после посещения Сан-Исидро, он был под впечатлением. К тому же Хосе наговорил ему какой-то ерунды про то, что он станет спасителем их общины, а Шун предложил вместе приторговывать травами. Единение со своим народом, с предками, переполняло Ивана…

На следующий день к нам зашел Гваделупе с целью занять 200 песо на неделю. Так Иван получил возможность совершить первый жест во спасение народа – дать взаймы неуловимому дону курандеро. Цикл замкнулся, начался новый. Хорошо бы следующий цикл был богат на интервью. Тогда эти интересные, самобытные, инициативные люди уже бы сами вам рассказали о себе и своей концепции сосуществования.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments