Как сапатисты защищали свою реальность, Ля Реалидад, май 2014

кортина

В ночь с 24 на 25 мая 2014 года субкоманданте Маркос, известный как один из предводителей мексиканских повстанцев, Сапатистской Армии Народного Освобождения (САНО), объявил, что «перестаёт существовать».
Каждая новость о появлении на публике этого человека встречается с большим энтузиазмом. Ожидания были оправданы и в этот раз: перед зрителями было разыграно представление в трёх актах, со смертью и воскрешением. Поводом стали трагические события. Тремя неделями ранее было совершено нападение на один из пяти сапатистских центров в штате Чиапас, общину Ля Реалидад (что переводится как "реальность"). При агрессии был жестоко убит один из деятельных сапатистов – учитель Галеано.
***
В своем предпоследнем послании (исп., англ.) субкоманданте Маркос подчеркивает дерзость и провокационный характер атаки, напоминает о девизе "если трогают одного сапатиста, то трогают всех нас" и объявляет о мероприятиях в честь памяти товарища Галеано, на которые отдельно приглашает независимые средства информации.
Неравнодушные к проблемам повстанцев со всей страны и со всего мира начинают собираться в караваны солидарности. Вместе с караваном едут свободные СМИ – их  представители, по причине особого приглашения, решили объединиться, скоординироваться, распределить задачи и договориться об информационной стратегии ещё до прибытия.

Все караваны объединяются перед тем как преодолеть последний участок пути, всего около 600 человек на 50 машинах. Я еду в микроавтобусе под номером 21 вместе с работниками Центра по правам человека имени Фрай Бартоломе (сокращённо Фрайба).
Фрайба выступала посредником в конфликте в Ля Реалидад, когда произошло нападение.

- У всех противостояний в Чиапасе длительная история, считать их просто сиюминутными ссорами между местными жителями, как это выставляют официальные СМИ и государственные представители - это либо намеренное игнорирование известных фактов, либо наивная необразованность, - говорит сотрудник Фрайбы.

Караван едет медленно и часто и надолго останавливается. Для поддержания боевого духа мы слушаем революционную музыку, многое написано под влиянием сапатистов. Вдруг начинает играть грустная песня про любовь.

- Не самый подходящий момент для любовных мук, - замечает кто-то в машине.

- А ведь в борьбе индейцев очень многое от любви, по сути вся их борьба - это и есть любовь, - поступает в ответ.

Музыка продолжает играть в молчании.

Караван солидарностиВо время очередной длительной остановки, пока выключен мотор, а вместе с ним и магнитола, запевает волонтёр, молодая француженка. Она красиво выводит на арабском песню палестинских повстанцев: "я готов умереть за свою землю, потому что земля - это жизнь", - так переводит она непонятные слова. В Чиапасе поют о том же, здесь тоже погибают за землю.

Восстание на юге Мексики произошло неожиданно, и тем больше наделало шума. В ночь на 1 января 1994 года, дату подписания договора НАФТА о свободной торговле между странами Северной Америки десятки тысяч вооружённых жителей общин с лицами, скрытыми за пасамонтаньяс, как здесь называют балаклаву, появились в  пяти крупных городах штата и кое-где даже захватили здания администрации. Многие жители этих городов ранее и не подозревали о масштабах бедности и отчаяния, заставивших коренное население сельвы в течение нескольких лет в тайне готовиться к восстанию. Вооружённые мачете, палками, и реже - винтовками, они вышли против того, чтобы стать ресурсным придатком и покориться глобальной экспансии североамерканского капитала.

С революционными песнями мы проезжаем городок Лас Маргаритас, за ним начинается сельва - родина сапатистов. Координаторы каравана - три строгие женщины, не разрешают выходить из машин, когда мы снова вынужденно останавливаемся в одной из деревень.  Не отрывая рацию от уха, координатор разъясняет:

- Это мера предосторожности. Мы не знаем, как местные относятся к сапатистам. Не выходите из машины, чтобы не провоцировать.

Координатор медиа-группы следит, чтобы никто в машине не доставал камеры. Запрещено фотографировать даже через закрытые окна, у Фрайбы уже были инциденты. В качестве исключения съёмка ведётся из машины номер 2, объекты съёмок – подозрительные машины и их водители, предположительно сопровождающие от национальной службы безопасности.

Мы стоим уже 2 часа. Координаторы как будто забывают, что машины каравана увешаны плакатами в поддержку САНО и против агрессоров.

Спустя почти сутки пути караван въезжает в посёлок, часть которого занимает караколь (в переводе «улитка») Ля Реалидад – административный центр сапатистов зоны. Там нас встречают мужчины, женщины и дети в пасамонтаньях, многие из них - в традиционных одеждах. Еще 6 часов занимает регистрация всех приезжих («Имя? Страна? Организация?») и выдача бейджей, имена в которые были вписаны заранее, по направленным в караколь спискам.

Помимо нас, прибывших с караваном, в караколи уже находятся сотни сапатистов, разделённых на 5 групп - по количеству зон. У каждой группы своя кухня и «посада», что переводится как гостиница, но в варианте сапатистов – это натянутые тенты, под которыми спят прямо на земле. Многие не закрывают лица, доставать камеры всё равно пока запрещено. Видно их смущённые улыбки: они не могут удержаться, чтобы не рассматривать приезжих.

Есть здесь и те, кто не снимает маски - сапатистская гвардия, милиция, как они сами ее называют. Это люди в форме, они выстроились вокруг баскетбольной площадки перед сценой, перегородив проход по полю и к библиотеке, где, очевидно, расположилось Генеральное Командование.

- Ах, бедняги! – отовсюду слышится в их сторону, когда вдруг начинается дождь, а они продолжают стоять на месте.

Со сцены доносится:

- Через несколько минут будет подключен спутниковый интернет. Беспроводной сигнал будет транслироваться из здания справа от ворот. Если вы желаете сообщить, что доехали целыми и невредимыми, вы сможете сделать это через несколько минут. Повторяю…

Интернет также позволит присутствующим журналистам первыми опубликовать материал.

Кажется, теперь всё готово, все участники в сборе. Представление начинается.

Акт 1. Дефиле.

realidad_myasoedov_oleg (21 of 30)

На баскетбольной площадке перед сценой выстраиваются представители общин. Вокруг них сжимается оцепление гвардии. Команданте Тачо прогоняет приезжих с дорожки от главных ворот к полю:

- Товарищи, освободите пожалуйста дорогу, здесь кое-кто проезжать будет. Вон встаньте в тенёк от дерева. Всё лучше.

Зрители уже в нетерпении, расходятся нехотя.

Проходит еще мгновение и плотно сцепившаяся гвардия, подчиняясь командам Тачо, дружно вышагивает одной линией от выстроившихся сапатистов до навеса над скамейками приглашённых зрителей, участников каравана. В «зале» замечают, что на их правом глазу появились пиратские повязки. Выглядят они воинственно.

Со стороны библиотеки появляется субкомананте Маркос – главный герой, верхом на большом, до блеска начищенном коне. Он верен своей атрибутике: пасамонтанья, дымящаяся трубка, наушник радиостанции, часы на обеих руках и старинная, уже порядком потрёпанная кепка, на которой с трудом угадываются 3 красные звезды,. Дополняет образ пиратская повязка с черепом.

Некоторое время Маркос гарцует, затем левой рукой отдаёт честь сапатистам, а в сторону зрителей правой показывает средний палец. Кажется, он смеется, хотя за пасамонтаньей сложно разглядеть.

Открываются ворота, в них влетают пятеро всадников с закрытыми лицами. Все индейского происхождения, среди них одна женщина, их лошади такие же большие и блестящие. Это Подпольный Революционный Индейский Комитет - Генеральное Командование САНО. Они выстраиваются ближе к зрителям, оставляя субкоманданте позади. Все вшестером синхронно и элегантно делают несколько пируэтов на лошадях, снова выстраиваются и также эффектно удаляются.

***
Среди зрителей царит радостное возбуждение, блеск глаз скрашивает уставшие после долгой дороги и бессонной ночи лица.

- Почему они все были в пиратских повязках? – недоумевает стоящий рядом коллега.

- Может быть тем самым они хотели показать, что им нанесли серьёзный удар? - я всего лишь предполагаю, но коллеге эта мысль нравится. И всё-таки он хочет меня подловить:

realidad_myasoedov_oleg (10 of 30)- А почему закрыт правый глаз?

- Не знаю, - отвечаю я честно. И через мгновение слышу, как моя мысль про удар транслируется дальше.
Столь интересующихся символикой движения людей здесь называют "сапатологами".  Их появлению немало способствовали комюнике субкоманданте Маркоса, а точнее их стиль: свободный, разоблачающий, но в то же время насыщенный мифологией, метафорами и сказочными героями.

Воспользовавшись перерывом, команда от свободных средств информации распределяет между собой задачи. В разгаре обсуждения к видео группе присоединяется новый участник.
- Простите, из какого вы СМИ? – интересуется координатор.

- Общественные медиа Чиапаса.

Несколько человек в группе переглядываются. Это название им ни о чём не говорит. После собрания у подозрительного коллеги забирают карту памяти из фотоаппарата, находят там много изображений с лицами участников каравана и номерами машин. Псевдо-коллегу, не потрудившегося придумать достоверной легенды, выставляют за ворота караколи.

Акт 2. Субкоманданте Моисес.

realidad_myasoedov_oleg (26 of 30)

Все присутствующие формируются в колонны на площадке перед сценой: чёрные шапочки расположились по сторонам, открытые лица – в центре. Теперь видно, что сапатистов в 3-4 раза больше, чем приехавших с караваном, то есть около 2000 человек.

Жарко, мы уже долго стоим без дела. Между рядами снуют несколько сапатистов из оргкомитета:

- Товарищи, пожалуйста, формируемся в колонны, выстраиваемся, - в голосе слышится нотка раздражения – сами сапатисты уже давно построились,  а нас всё никак не могут выровнять. Неужели мы ждём только этого?

Наконец на сцену выходит Генеральное Командование в полном составе. Маркос встаёт в тени за спинами своих коллег. Команданте Тачо подходит к микрофону, на нём школьный рюкзак, который он забыл застегнуть:

-  Споём гимн Мексики, товарищи. - Предлагает повстанческий командир. – Раз. Два. Три.

realidad_myasoedov_oleg (22 of 30)Он начинает. Колонны дружно подхватывают. Большинство здесь присутствующих знают слова и гимн звучит гордо даже без музыки.

Далее Генеральное Командование зачитывает приветственное послание:

- Мы обращаемся ко всем здесь присутствующим и всем, кого здесь нет: добро пожаловать в Ля Реалидад!

Команданте по очереди подходят к микрофону. Некоторые волнуются: руки дрожат, голос прерывается.  Их слова звучат экспрессивно, они почти кричат о смерти, боли и гневе, о любви к павшему учителю Галеано.

- Сегодня мы будем не хоронить, а воскрешать погибшего товарища. Как – вы скоро увидите! - вносит интригу команданте Тачо.

Вслед за ним место у микрофона занимает субкоманданте Моисес:

- Моим голосом говорит Сапатистская Армия Национального Освобождения, - он начинает известной фразой субкоманданте Маркоса.

- Сапатистская Армия не может по своему собственному желанию вторгаться в дела автономного правительства, - и поясняет, - САНО, как народная сила, может вмешиваться в дела общины, только если ее об этом попросят.

Несколько раз с негодованием в голосе Моисес повторяет: «Какому будущему учат своих детей эти парамилитарес? Быть убийцей? В обмен на деньги убивать свой собственный народ?!».

-  А теперь споём гимн сапатистов, товарищи, – завершает Моисес. – Раз. Два. Три.

Левая рука приставлена ладонью к виску – это тоже символично: их борьба рождается «снизу и слева». Колонны еще дружнее, чем раньше, запевают: «Мы идём-идём-идём-идём вперед, чтобы достигнуть результатов в борьбе. Потому что наша Родина кричит, что ей нужны старания сапатистов».

***
После восстания сапатисты подчиняются общественному мнению, выраженному на многочисленных демонстрациях, – сложить оружие и приступить к переговорам.

Еще до начала диалога сапатистов начинают запугивать: в сельве появляются военные базы, солдаты в полном обмундировании вторгаются в общины, по сельве наносятся удары с воздуха. Среди мирных жителей появляются тысячи беженцев.

На этом фоне представители правительства садятся за стол переговоров с повстанцами. Спустя несколько трудных месяцев достигаются соглашения по первой теме – культура и права коренных народов Мексики.  Согласно решению обеих сторон, коренным жителям предоставляется возможность расширенной автономии.  Но соглашения, переведённые на язык законопроекта, не устраивают сапатистов, они заявляют, что смысл сильно искажён. Тем не менее, закон принимают. В ответ на это сапатисты отказываются участвовать в дальнейших переговорах и объявляют о строительстве автономии согласно договорённостям, а не принятому закону.

В это же время в сельве появляются парамилитарес – ультраправые боевики. Это такие же индейцы, из тех же общин, но вставшие на сторону правительства. Они создают свои организации (носящие также революционно-крестьянские названия), вооружаются и иногда убивают.  Зачастую их жертвами становятся мирные жители, отказавшиеся вступить в такую организацию.

realidad_myasoedov_oleg (29 of 30)Со многими из них сапатисты ухитряются договориться. Об этом нам сообщается всё в той же манере – посредством посланий-коммюнике: «мы пришли к пониманию и взаимному уважению», но в муниципалитете Лас Маргаритас парамилитарес оказались наиболее несговорчивыми. В том же комюнике от 2004 года упоминаются проблемы с организацией, совершившей нынешнюю, уже историческую агрессию. По словам Моисеса, за последнюю атаку на Ля Реалидад боевикам заплатили 5000 песо и дали возможность получения дополнительной помощи в рамках социальных программ.

Из-за событий начала мая 2014 года САНО отменяет Индейский Конгресс, запланированный на конец месяца. По случайному ли совпадению, в завершение конгресса, 1 июня, предполагалось отдать дань памяти другому, ранее погибшему сапатисту. Также, как и на день чествования Галеано, на эти мероприятия приглашались сочувствующие движению со всего мира, студенты Маленькой школы «Свобода словами сапатистов», за время которой в автономных общинах побывали тысячи человек из Мексики и со всего мира. Анонсировалось и возможное появление субкоманданте Маркоса.

Несомненно, для многих адресатов приглашения Маркос является кумиром, хотя все эти годы он и настаивал на незначительности своей личности. Даже появился лозунг «все мы Маркос». Но всё-таки человек, который 20 лет выражал мнение коренного населения Мексики, не может быть как все, сколько об этом не кричи. Не каждый может похвастаться дружбой с Габриэлем Гарсиа Маркесом и переводом своих текстов на десятки языков во всём мире.

***
Время близится к полуночи. Журналисты начинают выставлять камеры перед сценой, хотя никакого приглашения не поступало, просто больше дела не находится. Неуоторые дремлют рядом со штативами. Их будит моросящий дождь. Когда он усиливается, камеры приходится прятать. Вскоре капать перестаёт, камеры снова выстраиваются перед сценой, но через некоторое время дождь начинается снова…

Наконец все присутствующие приглашаются на площадку перед сценой, на этот раз без построения. В первых рядах расставлены стулья, которые предлагают занять пожилым товарищам из каравана.

Последний акт не будет коротким.

Акт 3. Смерть и воскрешение

realidad_myasoedov_oleg (30 of 30)
Напряжённое ожидание.  Всё внимание обращено на сцену, почти никто не разговаривает, все боятся пропустить начало.
Я имею возможность заглянуть «за кулисы»,  а точнее – под сцену, так видно, что происходит с другой стороны, несмотря на плотный ряд гвардии, вероятно служащий в качестве ширмы. За их спинами я вижу субкоманданте Маркоса. Это несомненно он, об этом недвусмысленно намекает трубка. Он ходит туда-сюда, собирается с мыслями.  Через несколько мгновений он начинает двигаться к ступенькам на сцену. Время замедляется, тишина сгущается. Я нажимаю кнопку записи на диктофоне. Слышу возню за спиной - коллеги всё поняли.

На сцене появляются двое людей в масках. Один из них – метис, другой – индеец. Субкоманданте Маркос и субкоманданте Моисес. Их глаза не улыбаются, Маркос  уже без трубки, первым слово берёт Моисес:

- Товарищи, сейчас субкоманданте Маркос объяснит вам то, что мы подготовили. Мы проанализировали ситуацию и пришли к общему решению. – его голос серьёзен, - Я передаю слово субкоманданте Маркосу.

- Между светом и тенью, - озвучивает название своего послания субкоманданте-метис.

С первых фраз он заявляет, что принятое решение - «перестать существовать», что это его последнее появление на публике. Лучший способ почтить память товарища – воскресить его. Для этого кто-то должен отдать свою жизнь и пусть это будут лишь буквы – «субкоманданте Маркос».

Он зачитывает 18 страниц последнего комюнике, это занимает больше часа. Всё это время глаза прикованы к листам бумаги на столе, изредка он кидает быстрый взгляд на публику, не больше доли секунды. Сложно сказать, что этот человек в маске чувствует в этот момент. Он просто зачитывает, спокойно, с выражением. Все чувства его остались в словах и потому он просит внимательно следить за ходом своей мысли.

realidad_myasoedov_oleg (27 of 30)Субкоманданте приглашает нас в сапатистскую реальность. Он вспоминает вехи в истории борьбы: объясняет причины, заставившие простых людей взяться за оружие в 1994 году, а затем отказаться от войны в пользу мира и строительства новой жизни – самоуправления. «Сложно поверить, но через 20 лет «для нас – ничего» не осталось лозунгом и красивой фразой для песен, но воплотилось в реальность, настоящую реальность».

Он рассказывает, как родился Маркос: «Нам было необходимо время, что бы найти тех, кто не смотрел бы на нас сверху вниз или снизу вверх, тех, кто смотрел бы прямо на нас, смотрел бы взглядом товарища. Так началось строительства персонажа». Это персонаж с интересной историей, насыщенной слухами и выдумками, многие из которых, признётся субкоманданте, распространялись намерено.

Поиски мировой солидарности закончились с принятием самой смелой и самой сапатистской инициативы за всю историю движения, как говорит о ней Маркос, - Шестой Декларации Лакандонской сельвы. Те, кто её уважает, кто следует её принципам, может считаться товарищем. «Мы поняли, что уже появилось поколение, способное смотреть нам в глаза, способное слушать и говорить с нами, не ожидающее ни инструкций, ни предводительства, ни покорности, ни подчинения. Так Маркос, как персонаж, перестал быть необходим».

Последователи «Шестой», собравшиеся сейчас перед ним, не теряют внимания. Даже когда снова начинается дождь, он раздражает только тем, что так не вовремя.

Последняя часть – особенно тяжёлая, она посвящена всем погибшим в борьбе за свою землю, борцам за права человека, профессиональным и по призванию, тем, кто отдал свою жизнь за высшие идеалы сапатизма: самоопределение, равенство, бескорыстную службу своему народу. Учитель Галеано – последний в этом списке.
Субкоманданте открывает последнюю страницу:

- Мой голос больше не будет голосом Сапатистской Армии Национального Освобождения. Ну всё. Пока, и до никогда… или навсегда, кто понял, тот знает, что это неважно, что никогда не было важно. Из сапатистской реальности. Субкоманданте Инсурхенте Маркос.

Но это ещё не последние слова. Далее следует 7 постскриптумов, метафорически рассказывающих нам, как Маркос попадает в ад: «Слушайте, а здесь темно, мне бы огоньку». Это намёк на трубку, без которой он не может обойтись, и на героя его текстов, маленькую индейскую девочку.

Он замолкает. Откуда-то из-под сцены доносится: «Раз, два, три». Сцена и зал погружаются в темноту. До зрителей доносится голос:

- Доброй ночи вам, товарищи. Меня зовут Галеано, Субкоманданте Инсурхенте Галеано. Кого-то ещё здесь зовут Галеано?

Публика как будто ждала этого вопроса. Раздаются выкрики:

- Я Галеано! И я Галеано! Все мы Галеано!!!

- Ага, так вот почему мне говорили, что если рожусь заново, то сделаю это в коллективе, – отвечает голос в темноте: - Ну, так тому и быть. Доброго пути. Берегите себя. Из гор юго-востока Мексики. Субкоманданте Инсурхенте Галеано.

***

Так закончился большой этап в истории сапатистского движения.

Зритель восхищён представлением, он понимает его цель, но ещё не может смириться с потерей: что станет с талантливым писателем-философом после отказа от псевдонима?

realidad_myasoedov_oleg (23 of 30)

Текст: Елена Корыхалова
Фото: Олег Мясоедов
вместе со свободными, альтернативными, независимыми или как-их-там-еще-называют СМИ
24-29 мая 2014 г.

Публикация фото в других источниках приветствуется, но строго только с логотипом, как здесь.